Заказать звонок
/ Статьи

Оценка заключения лингвистической экспертизы по делам о коррупции (аналитический обзор)

14 Апр 2016
Основываясь на экспертном опыте, можно выделить ряд аспектов, на которые целесообразно обратить внимание стороне защиты, используя лингвистическую экспертизу в качестве инструмента правозащитной деятельности. Эти аспекты выделены не с целью вооружить правозащитников инструментами для того, чтобы найти недостатки в любом экспертном заключении, а для того, что повысить информированность и компетентность адвокатов в процессе самостоятельного сбора доказательств для обоснования позиции защиты: уметь не только поставить правильные вопросы на разрешение эксперта, но и оценить готовое экспертное заключение с точки зрения того, насколько оно объективно и доказательно, как оно способствует принятию тех или иных правовых решений.

При оценке экспертного заключения значимыми являются следующие критерии.

Образование эксперта


Эксперт, проводящий лингвистические экспертизы по делам о коррупции, как эксперт, проводящий лингвистические экспертизы по любым другим категориям дел, должен иметь высшее филологическое образование. В настоящее время это единственное законодательно зафиксированное требование к эксперту-лингвисту. Наличие ученых степеней и званий приветствуется, однако не является обязательным. Обязательная сертификация экспертов по экспертной специальности также в настоящее время не введена, как и лицензирование экспертных учреждений, проводящих лингвистические экспертизы. Фактически, основными критериями наличия специальных познаний в области лингвистики и судебной лингвистической экспертизы являются наличие профильного образования и экспертный стаж.

Лингвистическую экспертизу не может провести лицо с образованием учителя начальных классов, журналист, переводчик. В некоторых случаях даже кандидаты и доктора филологических наук не могут адекватно проанализировать текст с опорой на правовые корреляции, поскольку экспертиза для них не является основным видом деятельности.

Методика лингвистической экспертизы


В настоящее время для дел о коррупции предусмотрена только одна методика лингвистической экспертизы, которая и используется большинством экспертов. Впрочем, она не охватывает всего возможного спектра задач эксперта-лингвиста по данной категории дел, в связи с чем допустимо и иногда даже необходимо использование иных научных и научно-методических источников. При оценке заключения необходимо обратить внимание на то, что в заключении в принципе указана методика лингвистической экспертизы, имеются ссылки на источники справочной и научной информации, адекватной поставленным вопросам. Ссылки на методику исследования текстов СМИ, методике проведения экспертизы по делам об экстремизме по делам о коррупции нерелевантны.

Вопросы, поставленные перед экспертом, и границы экспертной компетенции


В начале настоящего вебинара мы привели типовые вопросы лингвистической экспертизы по делам о коррупции – корректных, методически предусмотренных, и примеры возможных некорректных вопросов.

Некорректные вопросы чрезмерно абстрактного характера, например, «Какова основная тема разговоров?», «Что является предметом и целью каждого разговора?», «Каково смысловое содержание разговоров?» помимо того, что не отвечают экспертной задаче установления значимых для расследования обстоятельств о субъектах передачи денежных средств:

- либо обязывают эксперта давать прямые ответы на вопросы, перечисляя все темы разговоров, в том числе не значимые для следствия;

- либо провоцируют эксперта на бесконтрольное проецирование коррупционной или иной преступной ситуации на исследуемые разговоры, что приводит к выходу за пределы экспертной компетенции.

Пример некорректного ответа на вопрос о теме разговора:

«Основной темой разговора … является причастность Х и Y к делам фирм «…» и «…», а именно то, что в результате их действий со счёта фирмы «…» незаконно были сняты деньги».

Разговор, о котором идет речь, довольно длинный, и мы не можем предъявить его в рамках вебинара, однако в нем обсуждалось большое количество тем, как связанных с незаконным снятием денег со счета фирмы, так и не связанных. Вывод же эксперта демонстрирует его сконцентрированность только на правовом аспекте ситуации, при этом эта концентрация выражена в некорректной форме: употребление слов «причастность», «незаконно» и т.д. для эксперта является выходом за пределы экспертной компетенции, поскольку представляет собой готовые правовые квалификации.

От некорректных вопросов правового характера («Представлена ли в разговорах ситуация передачи взятки?», «Выражена ли в разговорах осведомленность участников разговоров об обстоятельствах хищения бюджетных средств и их способе?», «Идет ли в разговорах речь о внесении в документы изменений в преступных целях в обмен на денежные средства?») эксперт должен отказаться. Ответ эксперта на такие вопросы в исходной формулировке является грубым выходом за пределы экспертной компетенции.

Объекты лингвистического исследования в аспекте их пригодности. Описание объекта исследования.


Установление и описание объекта или объектов лингвистического исследования является обязательным этапом экспертной работы. Соответствующий раздел является обязательным элементом экспертного заключения. Это важно в связи с тем, что различные объекты обладают разной информационной насыщенностью и разговор целиком или в установленных границах, один разговор или серия разговоров, серия разговоров или она же в совокупности с сопутствующей, к примеру, перепиской по смс обладают различной информативностью в аспекте наличия/отсутствия информации, необходимой для ответа на поставленные вопросы. В связи с этим, если в заключении объект(ы) исследования не описан(ы), это не позволяет читателю (суду, следователю, адвокату, подозреваемому) понять, с чем работал эксперт, каким объемом информации он располагал и возможно ли на этом объеме информации представить целостную, объективную, не имеющую существенных лакун ситуацию, связанную с передачей денег, мошенничеством или иными действиями.

Чрезвычайно значимым является не только сам факт установления объектов, но и их специфика. Так, по преступлениям коррупционного характера объектами исследования чаще всего являются тексты устной коммуникации – диалоги (контактные и по телефону), полилоги, монологи (например, голосовые сообщения в WhatsApp). Обязательным этапом, предшествующим работе эксперта-лингвиста с такими текстами, является установление их дословного содержания.

Дословное содержание разговора – это письменный текст, полученный в результате экспертного исследования с использованием специальных методов, программных и аппаратных средств фоноскопической экспертизы, дословно, полно отражающий устную речь на аудиозаписи.

Устный текст, естественно, может быть переведен в письменный и не экспертным путем: работники ФСБ могут составить справки-меморандумы по результатам прослушивания аудио- и видеозаписи, следователь, проводя процедуру осмотра и прослушивания аудиозаписей, составляет соответствующий протокол. В принципе, любое лицо может с той или иной степенью точности (а иногда даже весьма точно) составить стенограмму аудиозаписи. Однако ни один из вышеперечисленных способов не отражают разговоры настолько полно и точно, как дословное содержание, установленное экспертными методами. А, как показывает опыт лингвистического анализа, в таких делах, как дела о коррупции, важны не то что каждое слово, а каждые полслова. Только установленное в рамках фоноскопической экспертизы дословное содержание позволяет провести лингвистическую экспертизу разговора наиболее объективно, с извлечением из разговора максимума информации. Чтобы не проводить две экспертизы, может быть назначена комплексная фоноскопическо-лингвистическая экспертиза или исследование, где перед экспертом первоначально будет поставлена задача установления дословного содержания, а уже затем – сугубо лингвистические вопросы о содержании разговора. Кстати, такую комплексную экспертизу может провести и один эксперт при условии, что он обладает специальными познаниями в области фоноскопии, умеет устанавливать дословное содержание и располагает для этого специальным оборудованием и ПО.

Отдельно следует отметить, что установление дословного содержания экспертным путем значимо при наличии аудиозаписей низкого качества: при работе с ними средств домашних программ воспроизведения аудио недостаточно, и эксперт прибегает не только к методу многократного прослушивания в петле, но и к различным средствам шумоочистки и повышения качества записи, которые позволяют установить большую часть разговора, чем это сделало бы иное лицо, а значит – извлечь из этого больше информации, необходимой для использования в качестве доказательства.

Значимым этапом экспертной работы с любым объектом, а особенно это касается устных разговоров, является установление его пригодности для производства лингвистической экспертизы. Оценить предварительно пригодность может не только профессиональный эксперт, но и любое другое лицо. Так, очевидно, что аудиозапись очень низкого качества, зашумленная, по которой не удается установить значительную часть разговора, неинформативна, а значит, не пригодна для лингвистического исследования. Бывают случаи, когда разговор преимущественно неразборчив, однако по отдельным фразам мы может установить ту или иную информацию, которая совпадает либо с позицией следствия. либо с позицией защиты, либо позволяет реконструировать какую-то иную модель развития ситуации. Однако смысловые пропуски практически всегда допускают вариативность такой реконструкции, и именно эта вариативность не позволяет эксперту-лингвисту выявить из разговора целостную, непротиворечивую картину. Поэтому рекомендуем вам, имея на руках в качестве доказательства аудиозапись или видеозапись, обязательно ознакомиться с ней самостоятельно и проанализировать, достаточно ли она информативна для использования в качестве доказательства, или имеющиеся в ней смысловые пропуски скорее всего не позволят ее использовать. Целесообразно также получить предварительную консультацию специалиста, который проведет такую оценку более профессионально.

С оценкой пригодности разговора для лингвистического исследования связаны аспекты, находящиеся на стыке фоноскопической и лингвистической экспертизы, а именно: наличие на фонограмме признаков монтажа или признаков выборочной фиксации.

На первый взгляд, признак монтажа или выборочной фиксации на фонограмме обозначает, что фонограмма отражает ситуацию не во всей ее полноте, а также, вероятно, необъективно. Как и недостаточная разборчивость, это приводит к утрате части информации и даже к ее искажению. Поэтому до лингвистического анализа имеет смысл провести фоноскопическое исследование на монтаж.

Если на фонограмме имеются признаки монтажа, дальнейшая работа с ней зависит от того, какая это разновидность монтажа и где находится точка монтажного перехода.

Например, монтаж, состоящий в удалении части фонограммы, или выборочная фиксация, состоящая в том, что часть разговора не зафиксирована, приводят к утрате части информации на аудиозаписи. В таком случае еще на стадии проведения фоноскопической экспертизы экспертами указывается участок монтажного перехода, а также может быть разрешен вопрос о том, являются ли участки фонограммы до и после данного перехода частями одной первичной фонограммы. В случае, если это один и тот же разговор, из которого просто удалена какая-то его часть, в рамках лингвистической экспертизы участки до и после монтажного перехода или участка выключения/включения признаются отдельными объектами, которые объединяются в общий массив. В таком случае эксперт-лингвист работает уже с той информацией, которая осталась.

Таким образом, фонограмма с признаками монтажа не является априори непригодной: грамотная работа экспертов-фоноскопистов и разрешение дополнительных вопросов позволяют использовать ее в дальнейшем как объект лингвистического анализа.

Также в аспекте соотношения ранее проведенной фоноскопической экспертизы значимым аспектом являются сведения о том, совпадают или не совпадают сведения о ситуации, отраженные в материалах дела, и сведения о ней, полученные в результате фоноскопического исследования: в какой акустической обстановке проводилась запись, сведения о местоположении устройства записи. Отмечаются случаи, когда эта информация не совпадает: например, в материалах дела отражено, что звукозаписывающее устройство находилось в кабинете, а в результате фоноскопического исследования установлено, что оно расположено на одном из собеседников. Такое расположение устройства может накладывать отпечаток на речевое поведение лица. С ситуацией размещения устройства на дикторе связан вопрос о возможной провокации взятки.

Ознакомившись с заключением эксперта, обратите внимание на то, описан ли в нем такой этап, как оценка пригодности объекта для дальнейшего исследования. Отсутствие отражения такого этапа является безусловной экспертной ошибкой.

Часто ситуации, связанные с проявлениями коррупции и фиксируемые с помощью аудио- и видеозаписи, имеют континуальный характер: как правило, имеет место некий первоначальный разговор, в рамках которого достигается договоренность о передаче денег, затем состоится сама передача. Из одного разговора состоит, как правило, только передача взятки сотруднику ДПС сразу после момента остановки автомобиля: «Командир, давай две и разбежимся!». Некоторые ситуации, связанные с преступлениями в сфере экономики, длятся неделями и месяцами, и в распоряжении следствия оказываются огромные массивы записей телефонных разговоров участников ситуации, их встреч и т.д. и т.п. С этим связано две значимых для лингвистической экспертизы процедуры:

- осуществление выборки информативных разговоров;

- объединение разговоров в единый массив, позволяющий восстановить целостную картину событий.

Объединение – процедура, которая заключается в том, чтобы на основании экспертных критериев соединить между собой разговоры как взаимосвязанные части одной и той же ситуации, требующие исследования в контексте друг друга. Чтобы процедура объединения была более понятной, проведем аналогию с книгой, состоящей из нескольких глав: если прочитать сначала одну главу из середины, потом вторую в конце, потом пролог, потом эпилог, мы с большим трудом поймем, о чем в книге идет речь (а в отношении устной коммуникации – скорее всего не поймем вовсе, поскольку жизнь всегда сложнее и интереснее любой книги). Расположив же главы книги по порядку, установив, что в ней описываются действия одних и тех же персонажей, мы получим полное и объективное представление о сюжете. То же и с объединением объектов лингвистического исследования: если в разговорах отмечается примерно постоянный состав участников, если она происходят в относительно ограниченный период времени, если минимальны изменения локации разговоров, их тематика, если наблюдаются общие смысловые элементы и взаимные ссылки – с экспертной точки зрения можно говорить о том, что разговоры репрезентируют одну и ту же последовательно развивающуюся ситуацию, которую можно и нужно исследовать целостно.

Информация о месте и времени разговоров предоставляется инициатором экспертизы. Информация о составе участников устанавливается по результатам фоноскопического идентификационного исследования и иных источников: например, протоколов осмотра и прослушивания фонограмм с участием лиц, которые опознают голос и речь говорящих. С экспертной точки зрения происхождение такой информации неважно.

Процедура объединения и ее описание в виде выявленных критериев для объединения является обязательным этапом экспертной работы, если на исследование предоставлено два и более объектов.

Если такая процедура не проведена, а объекты исследуются в совокупности, это очень грубая экспертная ошибка. Совокупное исследование объектов, возможно, не имеющих критериев для объединения, делает выводы эксперта условными: возможно, они не имеют между собой никакой связи, а все экспертные квалификации в таком случае являются искусственными конструктами.

Экспертные методы и терминология


Лингвистическая экспертиза должна проводиться на основании существующих методик, с использованием апробированных научных методов, а также специализированной терминологии, принятой в судебной лингвистической экспертизе.

Отсутствие заявленных лингвистических методов анализа, например, лексикографического (исследование значений слов по словарям), контекстуального (выявление того, какое именно значение реализует слово в разговоре), узуального (выявление значения не зафиксированного в словарях слова или слова, используемого с специфическом значении, уже распространенном в употреблении, но еще не вошедшем в словари) показывает, что эксперт либо не владеет существующими методами лингвистической экспертизы, либо, владея ими, уклоняется от их использования, экономя усилия и заменяя анализ на субъективное понимание.

В заключении эксперта-лингвиста в обязательном порядке должна использоваться и расшифровываться экспертная терминология. Так, существуют общепринятые и зафиксированные в методиках термины побуждения и его разновидностей – просьба, требование, предложение. Каждое определение содержит определяющие признаки соответствующего речевого акта. Речевой акт – тоже лингвистический термин. Цель речевого акта в лингвистике определяется как коммуникативная цель, и т.д.

Используемый терминологический аппарат в заключении должен быть приведен и расшифрован.

Кроме того, в заключении лингвистической экспертизы не должна использоваться правовая терминология и термины других научных областей. Их наличие маркирует выход за пределы экспертной компетенции.

Полнота исследования. Использование методик и методов, адекватных поставленным задачам


Полнота экспертного исследования визуально определяется объемом и содержанием собственно исследовательской части. Иногда экспертные заключения не содержат никакого исследования, однако в них присутствуют выводы. Отсутствие доказательной исследовательской части либо свидетельствует о том, что исследование как таковое не проводилось, либо является процессуальным нарушением: согласно закону о судебно-экспертной деятельности, в заключении эксперта должны быть полно отражены все этапы исследования, показывающие, на основании чего эксперт пришел к тем или иным выводам. Иногда отсутствие исследования замаскировано обилием цитации: в исследовании цитируется большой фрагмент разговора, в лучшем случае приведены словарные значения некоторых используемых говорящими слов, затем дана экспертная квалификация. Отсутствие в исследовании логических связей является существенным недостатком: мы все умеем читать и способны обратиться к словарю, однако заключение эксперта не должно являться констатацией очевидных вещей – оно и назначается именно потому, что выявление значимой информации требует специальных познаний в области языка, применения специальных методов и приемов лингвистического анализа. Яркими примерами отсутствия полноценного анализа, которые можно увидеть самостоятельно, являются:

- замена интерпретации на пересказ, так называемый «перевод с русского на русский»;

- наивные формулировки типа «исходя из контекста, ясно», «далее становится ясно», «как видим» и т.д.;

- манипулирование визуальными средствами: выделение определенных слов в цитируемых фрагментах текста, вычленение за счет этого «нужных» смысловых элементов.

Выход за пределы экспертной компетенции


В целом обращение к правовой сфере является наиболее распространенной разновидностью выхода эксперта-лингвиста за пределы своей компетенции. Наиболее яркими маркерами такой экспертной ошибки являются используемые в заключении в качестве квалификаций правовые термины: взятка, преступный, посредник, причастность и т.д.

Другим распространенным видом выхода за пределы экспертной компетенции является обращение к области психологии: в части интерпретации умысла, намерений, реальных целей говорящих, их эмоционального и психофизиологического состояния, использования в речи манипуляторных приемов, приемов психологического давления и т.д. и т.п. Признаками такого выхода за пределы экспертной компетенции является соответствующая терминология, не относящаяся в сфере лингвистики.

Выводы


Существует 5 видов выводов, которые может дать эксперт при ответе на поставленный вопрос:

- категоричные положительные и отрицательные – когда объект пригоден для исследования и содержит достаточное количество информации для ответа на поставленные вопросы;

- вероятные положительные и отрицательные – когда объект частично пригоден, содержит недостаточное количество информации для ответа на поставленные вопросы;

- вывод о том, что ответить на вопрос не представляется возможным – когда объект не пригоден для исследования.

В лингвистической экспертизе вариации данных видов выводов могут проявляться в том, что ответы на поставленные вопросы, как правило, развернутые и включают в себя несколько составляющих. Вероятный компонент или утверждение о невозможности выявить информацию могут относиться как к выводу в целом, так и к его части.

Обоснованность выводов определяется проведенным анализом, его полнотой.


В корректном, допустимом к использованию в качестве доказательства заключении эксперта должны быть даны ответы на корректно, в соответствии с конкретной ситуацией поставленные вопросы. Выводы по вопросам должны соответствовать этим вопросам. Например, некорректным является ответ на вопрос «Имеются ли в разговоре признаки маскировки его содержательных элементов?» «В речи Х имеется информация о скрываемых действиях, а именно о том, что получение им взятки совершено в обмен на внесение изменений в документы в преступных целях». Данный ответ не соответствует вопросу, который по сути относится именно к явлению маскировки, т.е. сокрытию предмета речи. Кроме того, ответ на вопрос содержит правовые квалификации содержания разговора.

В целом данные критерии оценки применимы и к лингвистической экспертизе по иным категориям дел: различия составляют только специфические для каждой категории проблемные зоны, оценку которых лучше осуществлять другому эксперту.

Аналитический обзор подготовлен старшим экспертом АНО «Лингва-Эксперт» Н.В. Вязигиной в рамках реализации социально значимого проекта «Судебная экспертиза по делам о коррупции – инструмент обеспечения социально-экономической стабильности и защиты прав граждан», реализуемого на средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от 05.04.2016 г. № 68-рп и на основании конкурса, проведенного Движением «Гражданское достоинство».

Закрыть